Две антиутопии — 2: Welcome to the machine

Михаил УСПЕНСКИЙ «Райская машина»

Издательство «Эксмо», 2009 г.

Новый роман известного красноярского писателя Михаила Успенского (если вы не читали трилогию этого автора о похождениях Жихаря, ничего не слышали о «Чугунном всаднике», а «Посмотри в глаза чудовищ» не стоит на вашей полке — то бегом в книжный. Книги Успенского можно найти даже у нас.) «Райская машина» обескураживает.

Михаил Успенский написал роман, который меняет привычное отношение к писателю, как к автору весёлых, пародийных, разухабистых постмодернистских книг, полных явных и скрытых цитат, ссылок, аллюзий, отточенной литературной игры.

Что-то разлито в нашем сегодняшнем воздухе такое, что даже Михаил Успенский написал книгу мрачную, жесткую, безрадостную и безвыходную.

Благодаря визиту инопланетного гостя, у землян появилась возможность переместиться в другую галактику, где не жизнь, а просто праздник какой-то. Это более чем актуально, поскольку к земле приближается астероид, столкновение с которым шансов выжить не оставляет. Между тем, в первую очередь к отправке в «мир иной» готовят стариков и немощных. На фоне этого всепланетного кошмара из тайги в родной город возвращается добровольный отшельник Роман Мерлин. И совершенно не понимает, куда он попал: мир пронизан ожиданием переселения, прежние устои сметены, как жить и чем заниматься в этом мире вменяемому человеку — загадка.

Будущее Успенский рисует красками густыми и мрачными. В России — внешнее правление, в Сибири орудуют загадочные индусы-сикхи. Растерянное человечество с радостью «ведётся» на сомнительные идеи. Утраченная, благодаря хорошей работе ТВ и прочих инструментов пропаганды, способность трезво оценивать ситуацию становится благодатной почвой для любого хорошо преподнесённого оккультного бреда. Собственно говоря, Успенский не говорит ничего нового. Описанное автором «завтра» — вполне логичное развитие «сегодня». То, что принято считать фирменным юмором Успенского присутствует, конечно (смотрите, хотя бы, цитату ниже), но это юмор на краю. Точность писателя в деталях, в характерах, в прогнозах — подобна трассирующим пулям: увернуться невозможно. Признаки этого будущего — в приметах сегодняшнего дня. И здесь речь ведётся не только о России, а, скорее, о человечестве. О закате цивилизации, о подмене ценностей, о смещении системы нравственных координат. Диагноз «Райской машины» — это диагноз всему человечеству в целом.

«Райская машина» — один из лучших романов Михаила Успенского. В одном из ранних текстов писателя фигурировала телепередача под живописным названием «Говорение правды вслух». Здесь такой правды — роман. Общая картина складывается постепенно, общее ощущение — растерянность пополам с тревогой. И открытый — традиционный для прозы Успенского — финал придаёт роману дополнительный оттенок. И вы уже сами для себя решаете, где же на самом деле оказался главный герой, а вместе с ним и все остальные.

«Райская машина» — гнетущие предчувствие того, какими мы можем стать, если не попытаемся остаться людьми.

Однако две антиутопии подряд. Ох, не к добру это...

ЦИТАТА НАУГАД:

«Они двигались, соблюдая строй, ритмичными долгими прыжками — люди на джолли-джамперах. Молодые и не очень. Мужчины и женщины. Все в одинаковых красно-жёлтых свитерах. Время от времени все разом совершали сальто в воздухе. И даже обратные сальто. Отработан парад был безупречно. На скаку они ещё умудрялись скандировать:
— На Химэй стартуют все! На Химэй стартуют все! А-ла-ла! А-ла-ла! Здравствуй, новая страна!
— Целый год готовились! — восхищённо сказал кто-то рядом со мной. — Падали, руки-ноги ломали... Зато по прибытии не осрамятся — навык-то при них! Уже умеют там жить!
— Это спортсмены, что ли? — спросил я восхищённого. То был очкастый крепыш средних лет в серебристом плаще и в парике времён Анны Иоанновны.
— Зачем спортсмены? Чиновники муниципальные, а мэр — впереди... Они и ветеранов войны на День Победы изображают, и в бразильских карнавалах участвуют, и в гей-парадах — настоящие-то стесняются, а мероприятие будь любезен обеспечить... А как же! Мы от Москвы не отстаём! О! Счастлив день, когда встречаем Достигшего! Ну, как вы думаете — не опозорят они Крайск на Родине Человечества?
— Нет, — нетерпеливо сказал я. — Эти не опозорят...»