ОСТОРОЖНЕЕ С РУКОПИСЯМИ

В начале 70-х американского писателя Ричарда Бротигана ставили в один ряд с Германом Гессе, Куртом Воннегутом, и Дж. Р. Р. Толкином. Потом сложилось так, что первые три — общепризнанные мировые классики, а четвёртый, ни в чём не уступая по силе дарования, оказался едва ли не литературным партизаном. В любви к Бротигану признаются, например, японец Харуки Мураками и скандинав Эрленд Лу. В начале этого века в России происходит знакомство с этим автором. Опять же, по странной случайности, книги Бротигана в России издают преимущественно в карманном формате. Это наводит на мысль о странной тенденции: чем хуже книга, тем лучше её издают. Какой-нибудь бесконечный сериал о похождениях «Ответившего за козла» внешне выглядит основательно, как кирпичная стенка. И наоборот.
Так вот, «Следствие сомбреро» — критики, не найдя аналогов, романы этого автора называют «бротиганами» — история американского юмориста, который расстался с любимой японкой. Маясь от тоски, не находя себе места, он начинает сочинять историю о том, как однажды на центральную площадь маленького американского городка, ни с того ни с сего падает сомбреро. История не приносит писателю утешения, он выбрасывает её в ведро. Но рукописи, как мы знаем, обладают поразительной живучестью: в «Следствии сомбреро» история продолжает жить сама по себе. И вот уже возле шляпы появляется мэр городка, его родственник и беработный... А затем события достигают невиданных размахов... А в это время где-то в другом конце города спит японка и видит сны. И продолжает страдать от одиночества американский писатель. И жизнь за пределами рукописи — продолжается...
Хотя Бротиган — писатель, книги которого пересказывать — последнее дело. К тому же безнадёжное. Попробуйте пересказать ветер или шум воды? Проза Бротигана — это добродушный юмор, и трепетное внимание к деталям. Это абсурд и нерв. Редкий взгляд на мир, который и превращает человека пишущего в настоящего мастера.