Евгений ГРИШКОВЕЦ. «Рубашка»

Драматург и исполнитель собственных пьес Евгений Гришковец – личность на современном культурном небосклоне яркая, самобытная. И, как ни странно, модная. Ведь то, о чем рассказывает Гришковец – на первый взгляд – вполне обычно, даже банально. Но секрет драматургии Гришковца не в том, о чем он рассказывает, а в том – как. Авторская интонация, интонация человека открывающего мир вместе с вами. Голос человека, который подбирает слова в поисках самого нужного, голос, который пытается сказать вам что-то очень важное. Гришковец не ставит себя выше зрителя, слушателя, читателя. Лирический герой произведений Гришковца (а в подавляющем большинстве случаев рассказ ведётся от первого лица) всего-навсего рассказывает о том, что у него на душе. А на душе могут быть различные вещи: от воспоминаний об армейской службе до впечатлений от случайно увиденной красивой женщины в уличной толпе. Мир Гришковца – это мир Города, мир мчащихся по улицам автомобилей, мир небольших кафе, мир серьёзных дел и бытовых нелепиц. Это тот самый мир, в котором мы живём и знаем от и до. Но Гришковцу удалось найти ту, единственно верную, интонацию, и те, самые правильные слова, которые делают обыкновенный мир – незаурядным. Словно бы вы смотрели черно-белый телевизор. А потом увидели цветной. И это внимание к каждой мелочи, к каждому оттенку души – отзывается у читателя в унисон. В этом смысле первый роман драматурга «Рубашка» продолжает бесконечную историю Человека В Большом Городе. Все события романа происходят в один день: главный герой – архитектор, встречает друга, совершает какие-то встречи, назначает свидание, но, в принципе, неважно, чем занимается главный герой. Важно то, что с первых страниц начинаешь как-то сам во всём этом участвовать и ловить себя на мысли, что книга не про архитектора, а про тебя… И все эти мысли, чувства и так далее, которыми делится герой, они так же и твои мысли, чувства и так далее…
Возможно, единственный минус в текстах Гришковца состоит в том, что чтение неотделимо от голоса автора, его тембра. Так, к примеру, непросто читать Жванецкого. Невозможно отделаться от авторской манеры.
Один французский романист однажды сказал, что писателем быть легко. Если вы человек неглупый и сердечный, продолжал француз, то садитесь за стол и пишите о том, что у вас на душе.
«Рубашка» – это как раз тот самый пример…
Цитаты: «…Зачем смотреть новости, если там будут только некрасивые лица, которые будут что-то говорить, и в основном неправду…», «…На открытии косметического салона она дала мне номер своего телефона, и теперь все косметические салоны мучают меня и заставляют вздрагивать. Мало того, само слово «косметика», и то как-то тревожит. И слово «космос»...»